Подполковник Цагоев перегнулся через стол - и даже Скворцов, многое, несмотря на молодость повидавший в жизни ужаснулся выражению глаз советского офицера...

   - Нет... Все они отлично понимают... - спокойный голос подполковника резко контрастировал с ненавистью, плескавшейся в его глазах - все они прекрасно понимают и знают. Просто мы забросили ловить врагов в последние годы - вот они и расплодились. Они не преступники, Скворцов, запомни это. Они - враги!

   - Сысоев! Сысоев! Старлей, твою мать! Ты что, заснул что ли? Приди в себя.

   Он выныривал из черных глубин памяти, из свившей гнездо в памяти беды, возвращаясь в настоящий мир, в выстуженный десантный отсек Мишки.

   В реальность...

   - Минута до сброса!

   - Есть минута!

   Бортмеханик выглянул в ревущую круговерть за окном - а то и дело начинался снег, погода была совершенно нелетной - и спрятался обратно.

   - Видимости нет ни хрена! Идем по приборам! Высадим, где сможем!

   Подполковник Цагоев показал ему большой палец - видимо экипаж летал по этому маршруту не раз и не два, только поэтому согласился лететь в такую погоду в этом опасном районе. Да и Цагоев с экипажем был знаком.

   - Готовность!

   Вертолет зависает над склоном - прошел снег, много снега им завалена вся площадка. Что там под снегом - если камни, то они останутся здесь навсегда. С раненым им не выбраться отсюда. Никогда.

   - Пошел!

   Один за другим, трое десантников с нескольких метров высоты прыгают с вертолета, падая, распластываются в снегу. Вертолет тут же берет курс домой, грохот его винтов постепенно стихает. Они остаются втроем - и кажется, что на необитаемой планете.